Эль-мебель. Мебель по индивидуальным проектам.
Шкафы-купе и встроенная мебель на заказ
Москва.
+7(495) 762-78-76
+7(926) 223-09-84


Мебель: история возникновения

Слово «мебель» происходит от латинского mo-bilis (подвижный). По-французски оно звучит meuble по-итальянски — mobile, по-испански — meubles.

Уже несколько тысяч лет, как мебель, подвижная и приспособляемая, сопровождает человека. Она служила ему для разных целей и удовлетворяла многие из его нужд. Сверх же того образцы мебели превращались с течением времени в красивые, сложные и дорогие изделия, служа декорацией в праздничных случаях. Тоска современного человека по красоте, романтическая греза об ушедших временах, — может быть, они и кажутся нам такими прекрасными, что прошли уже так давно, — и не в последнюю очередь дух спекуляции — все это сделало человека коллекционером старинной мебели. Чего бы он ни искал — соответствующего его личному вкусу или моде прошедшего века, — ему открывается необозримое множество произведений искусства и художественных ценностей: качественная ремесленная работа, красота материала, практичная домашняя утварь — и рядом прелестные вещицы для современной квартиры.

Изготовление мебели

Нет никакого сомнения, что в начале развития мебели внимание обращалось только на то, чтобы форма отвечала требуемой цели, то есть оформление отдельных предметов обстановки было крайне примитивным, заключаясь в одном только монтаже необработанных стояков и досок. Лишь когда стабилизировалась первичная функция двух основных образцов мебели — несущих (столы и стулья) и вмещающих (лари, сундуки и т. п.), когда способ их выделки отличался уже логикой — отвесные звенья (ножки, опоры, стойки), горизонтальные обременяющие части (верхние доски и в известном смысле рамы), а также нейтральные связующие части (филенки и рамочная конструкция), — лишь тогда вступил в действие присущий человеку дух искусства, прежде всего обнаруживая себя в большей уравновешенности пропорций. Древние египтяне уже работали при помощи струга; они умели скреплять отдельные части мебели и владели техникой интарсии и инкрустации. Греки могли уже обрабатывать на токарном станке деревянные кругляши, а римляне даже металлические стержни. Но когда после падения римской империи жизнь снова устоялась, все эти технические знания пришлось добывать заново: вначале дерево обрабатывали топором, и только позднее сооружаются токарный станок, лесопильня и т. д. Вновь достаточно тонкая выделка и отделка мебели получает распространение только в позднее средневековье. Путем комбинирования основных образцов мебели создаются затем новые ее виды: шкафы, буфеты и малогабаритная мебель, между тем как художественная фантазия доводит отдельные части мебели до их декоративных и сложных форм (путем удваивания, расчленения, изгиба, прорезания и т. д.) и приводит к декору, который быстро становится характеризующим фактором (роспись, резная работа, облицовка менее ценного дерева тонкими пластинами благородных древесных пород, интарсии из дерева, металла и камня, позолота, лакировка, травление, полировка, металлические накладки). Художественная форма изготовления мебели, как и всякое творчество, определялась прежде всего общественным устройством в тот или иной период времени. Решающим также было географическое положение, местный стиль жизни и наличный материал (в основе лежали различные породы дерева с их отличительными свойствами), технические завоевания данного века (инструменты и машины, химические открытия), его культурные запросы, а также возможности и вкусы заказчика. Под всеми этими влияниями мебель непрерывно изменялась. Форма мебели была простой или сложной, элегантной и рафинированной или непритязательной и рядовой, аристократической и кокетливой, интимной и домашней, исключительно роскошной, гражданской, придворной, мещанской и народной. История развития мебели протекает спиралеобразно и знает несколько кульминационных периодов, когда художественная работа в мебельной области могла по своему качеству сравниться с так называемым «высоким искусством».


 

Мебель в эпоху классицизма

Мебель Англии

До XVIII века эта страна заимствовала от других европейских стран не только формы, но и орнаментацию мебели, хотя к ее национальному характеру издавна больше подходила относительная простота и скромное благородство. По тому, какая применялась порода дерева, историю английской мебели можно разбить на три периода. «Период дубового дерева» продолжался до времени Стюартов, когда была введена французская роскошная мебель и более отвечающая английскому природному вкусу мебель голландская. С началом правления Вильгельма III Оранского (1689—1702) и Марии Англия стала производить мебель в собственном стиле. Этим начинается «период орехового дерева». Множатся модели голландских стульев с высокой ажурной спинкой, украшенной мотивами волют, а вместо обивки появляется легкая плетенка. Форма стула дает импульс для изготовления скамьи со спинкой (settee), небольшого диванчика (love-seat) и двойного сидения (double-stool) без спинки. Эти комбинированные формы продержались до XVIII века включительно. Дубовое дерево украшается теперь фанерками из итальянского ореха и других древесных пород, причем инкрустации, по голландскому примеру, изображают тюльпаны, птиц и цветы. Важными образцами мебели являлись шкаф-бюро, снабженное выдвижными ящиками и стоящее на чем-то вроде комода с точеными ножками, и кабинет. Маркетри и лакировки по голландскому образцу, очень популярные между 1680—1720 годами, не утратили популярности вплоть до пятидесятых годов XVIII века. Важнейшим образцом мебели становится более или менее высокий комод (chest-of-drawers). В период царствования королевы Анны модной была широкая изогнутая ножка (cabriole-leg), с 1710 года — на ball-and-clan-foot, то есть на шарообразной подставке с головой или лапой животного, — у виндзорского же стула, напротив, ничего этого не было. С 1754 года на развитие мебели начинает оказывать решающее влияние Томас Чиппендейл, который преимущественно пользовался «махагони» (красным деревом). Собственные находки он соединял с образцами французского и дальневосточного искусства и к тому же мог вдохновляться отечественной готикой, сочетая, например, рокайль с позднеготическими элементами. В число созданных им типов входят небольшие tripod-tables на изогнутых подножках, столы для чтения (reading-tables) круглые складывающиеся столы для завтрака, карточные столы (card-tables),комоды-бюро, прекрасные большие книжные шкафы с застекленным верхом, украшенным решетчатым переплетом и волютообразным фронтоном, а также горки и трехосные кабинеты с повышенной средней частью. Для комодов он позаимствовал изогнутую французскую форму. С большой тщательностью он работал над изготовлением стульев, делая их, по китайскому и готическому образцу, со скудно убранными прямыми четырехгранными ножками, но давая отыгрываться своей фантазии на денорировке спинки — ее средняя планка сделана ажурной и изогнутой, решенной в виде запутанного плетения лент, шнуров, волютообразных закруглений, цветов и листьев, следующий этап — «классицизм» Роберта Дама, весьма декоративный стиль со стилистически строгими и чисто антикизирующими деталями. На выделку шкафов с геометрическими контурами у Адама шло одно лишь светлое, чаще всего сандаловое дерево. Переднюю стенку его полуовальных комодов красят тонкий узор маркетри и роспись (головы, колонны, вазы, трофеи, помещенные в обрамленных овальных полях и на гирляндах из лавровых венков и лент). Царгу стола украшают пальметты, меандры и розетки, столешница же то расписана фигурами, то украшена выжженными или резными мотивами, то декорирована инкрустациями, представляющими простые геометрические образы. Изделия Георга Хепплуайта и Томаса Шератона только варьируют созданное Адамом. Оба они работали над различными видами шкафной мебели, отказываясь от резных украшений и выявляя природную узорчатость древесины, оба способствовали дифференциации типов столов на исходе столетия (проектируя консоли, столы-бюро с цилиндрической крышкой, туалетные и ночные столики). Как и Чиппендейл, они направляли свое внимание на композицию спинки у стульев: овальную рамку Хепплуайт заполнял связкой колосьев и тремя страусовыми перьями, другие его рамки имели веерообразное, сердцевидное или остроконечно-овальное заполнение. Шератон еще больше упрощает форму стульев, остановившись на геометрической, целесообразной и экономной форме их и снова введя через тридцать лет тростниковую плетенку.

Конец XVIII века одновременно означает завершение классического периода в Англии. Отныне английский ампир всего лишь провинциальный вариант французского классицизма, и только в шестидесятых годах XIX века в Англии снова пробуждается тектоническое мышление.

Франция. Здесь, в качестве следующей фазы нового искусства, вышедшего из стиля Людовика XVI, развивается ампир, который строго руководствовался идеалами эпохи римских императоров. Даже если раскопки и античные труды давали мало импульсов работе чернодеревцев, — век был богат творчески одаренными людьми. К их наиболее видным представителям принадлежали французские архитекторы Ш. Персье и П. Фонтен. В планировке помещения они исходили из образцов недавно открытого античного интерьера, причем стены обтягивались шелком живых тонов или оклеивались обоями. Новая художественная концепция с ее героическими и романтическими акцентами требовала серьезного, величественного искусства и патетической роскоши, которая находит себе выражение как в гладкой, архитектонически воспринимаемой, прямоугольно оформленной домашней утвари с резкими прямыми линиями и строго симметричным ясным членением, так и в расположении стульев, столов и зеркал внутри помещения. Что же касается воспринимаемых сугубо пластически украшений из блестящей или матовой бронзы (самые красивые происходят из мастерской Томира) — пальметт, штабиковов, завитков аканта, лавровых венков, льнов, египтизирующих кариатид, сфинксов, лебедей, ваз и дельфинов, — то они составляли независимые от других части мебели, и такую же значимость имели колонны, пилястры и карнизы. Все типы ампирной мебели с чрезвычайной основательностью трактуют одну и ту же тему, так что но своему характеру эта мебель поразительно едина. Среди чернодеревцев первого двадцатилетия выделялись Ж. Жакоб и его преемник Жакоб-Демальте. К наиболее притязательным вещам относилась кровать, теперь уже большей частью без балдахина, причем самой популярной ее формой была форма ладьи. К кровати примыкала ночная тумбочка с декорированной передней стенкой. Богатством также отличались формы столов самого разного назначения: очень употребительным делается стоящий на четырех ножках письменный стол, а также стол-бюро с боковыми шкафчиками или с крышкой жалюзи. Секретер был по форме компактным и замкнутым, между тем как простой комод снабжался либо двумя створками, либо выдвижными ящиками. Проектируемые по античным образцам обычные столы имели, как правило, круглую форму, но встречаются и многоугольные, в том и в другом случае столешница вначале опиралась на пластически выделанную фигуру, позднее же на колонну с бронзовой капителью и зеркальными вставками. Туалетный стол снабжался полкой для кувшина; умывальник поддерживался лебедями. У стола для завивки волос на выдвижном ящике было закреплено зеркало. В спальной или туалетной комнате представляло новость большое переносное зеркало в стоячей раме (псише). Разнообразная мебель для сидения отличалась массивной тектонической конструкцией, ее передние ножки состояли из профилированных круглых стоек, а позднее из волют. Восполнением внутреннего убранства служили рабочие столики, жардиньерки и многоярусные этажерки с клетками для птиц. К этому все чаще присоединяется соответствующий по стилю, ввозимый из Вены или Лондона клавир.

Мебель Германии

Новое художественное направление, которое в Германии достигло своего апогея только с началом французской революции, было бы не совсем правильно обозначать здесь стилем Людовика XVI, поскольку в этой стране оно по существу было делом теоретиков (ВиНкельман и др.). Стиль а 1а Людовик XVI был занесен сюда в шестидесятых годах архитекторами из Рейнской области, однако в том, что в Германии из него сделали, заметно отсутствие твердого вкуса, высокого технического мастерства и чистоты стиля. Барочная традиция удерживалась здесь до конца столетия, и новым тенденциям упорно сопротивлялись. Тесно связанной с французским стилем остается домашняя утварь Аахена-Люттиха. в Любеке же и на Северном море, напротив, сохранялась народная традиция; тяжелая белая мебель там дышит скромной красотой датской и шведской мебели. Шкаф приобрел классические орнаменты. Ходовая немецкая утварь подвергалась постоянно растущему английскому влиянию, и в первую очередь в Гамбурге и Берлине все чаще можно было заметить английского фасона стулья с широкими фанеровками из импортного красного дерева, которому местное хвойное, ореховое, вишневое и грушевое дерево должно было уступить. Английское влияние держалось до бидермейера, причем заимствовались типы, известные еще во время королевы Анны (туалетные и ночные столики, стол-бюро и двойной комод, позднее горка и книжный шкаф). Однако для роскошной мебели определяющим в дальнейшем стало французское влияние, а именно передаваемое через посредство Давида Рентгена. Действию этого влияния обязаны, прежде всего, декоры с инкрустированными цветочными натюрмортами, птицами и животными, завоевавшими себе в Германии большую популярность. С некоторым опозданием заимствуются шинуазри, а затем голландские жанры и аллегории.

Сбыт роскошной мебели ограничивался в Германии большей частью дворами правителей, и в первую очередь дворами князей Рейнского союза. Строгое следование античности было здесь почти неизвестно, не говоря уже о том, что социальное деление было здесь совсем другим, чем во Франции, и дома городских слоев населения обставлялись достаточно скромно. В Германии и в будущем удерживалась ярко выраженная барочная традиция. В городах на Северном и Балтийском морях давало себя знать сильное влияние английской культуры жилья. В Берлине действовал Карл Фридрих Шинкель, позволявший себе руководствоваться бюргерско-классицистическими, английскими и античными веяниями. В Мюнхене Лео фон Кленце был доступнее французским влияниям. Мягкий и живописный венский стиль соединял удобство с изысканностью декораций.

У Кленце обнаруживается уже тенденция к изготовлению той достаточно простой, светлой, мягкой и уютной мебели, над которой стало трудиться вскоре молодое поколение времени перед 1848 годом. Эпоха так называемого «бидермейера» охватывает примерно 1815—1848 годы; она касается только Германии, Австрии и Швейцарии. Бидермейер явился реакцией на чопорный, торжественный ампир, черпая мотивы из мебельного искусства городских слоев населения на рубеже веков. Это художественное направление находит себя в широких выгнутых линиях, кругах, овалах, в мягко изогнутых поверхностях, в удобных спинках и округленных углах. Желанию удобства отвечали широкие диваны и софы, образующие с участием столов и стульев целые гарнитуры, которым отводилось почетное место в комнате. Ощущалась симпатия к трехчастным витринам в стиле Шератона, как трехчастными по английскому образцу были книжные шкафы. У посудных, платяных и бельевых шкафов совершенно гладкие формы, и только углы фиксированы пилястрами. Излюблен в дальнейшем секретер. В Германии его форма менялась от провинции к провинции, имея в своем составе надстройку или фронтон, напоминающий фасад античного храма. Внутри секретер оборудован под углом зрения определенных архитектонических принципов небольшими колонками, зеркальцами, выдвижными ящичками и потайными отделениями, целое же украшается с помощью живописи или цветной фанеры. Из древесных пород самыми любимыми считались ясень, вишня, береза, груша и красное дерево. Образцами малогаборитной мебели, вроде столиков для шитья и жардиньерок, корзинок для бумаг и многоярусных этажерок для фарфора и книг, — жилища переполнены. Лишь в скромной мере пользовались бронзовыми накладками, ограничиваясь при этом масками на замочных скважинах, небольшими лирами, рогами изобилия и лебедями. Мебельные обивки применялись из репса или цветочного кретона густых тонов. Бумажные обои на стенах были либо одноцветными, либо с узорами из цветов и завитков.

Электризм


Бидермейер явил собой последнее творческое усилие XIX века. Что же касается ретроспективных тенденций, зародившихся еще в антикизирующем классицизме, то в первой половине столетия они усилились с возникновением внутри романтизма неоготики. На смену ей в Германии и Австрии приходит так называемое второе рококо 1840—1860 годов, за которым в восьмидесятых годах следует неоренессанс с типичными для него тяжелыми буфетами и креденцами, к концу же столетия названные по имени Макарта интерьеры, переполненные напыщенной домашней утварью, должны были уступить комнатному оборудованию в восточном стиле с отличающими его диванами, перламутровыми столиками и вазами. Во Франции времен второй империи воспоминание о наполеоновской героике тонет в потоке Драпировок и образцов крупной обитой мебели. Это была парадность, долженствующая Рикрыть недостачу творческого духа, и одновременно красноречивое свидетельство жизненного стиля нуворишей, которые сделали себе карьеру благодаря расцвету промышленности и торговли. Содействовало такому развитию дешевое и безличное массовое производство, повлекшее за собой упадок ручного труда, причем не в последнюю очередь ответственна за это сомнительная установка художественно-промышленных школ. В пору всеобщего эклектизма, присваивающего себе что-нибудь от художественных направлений всех стран и народов, один только Михель Тонет явился с оригинальной затеей. Около 1830 года он открыл метод, позволивший ему гнуть в водяном пару клееную дубовую фанеру и изготовлять из нее легкие отформованные мебельные вещи. Другим важным открытием стала возможность изготовления трубчатой мебели аналогичных достоинств.

 

Югенстиль - сецессион


К концу столетия, как бы в протест против напыщенных плагиатов из старого искусства и обесцененного массового производства, неожиданно возникло новое художественное направление. Программа  новых художественных групп, объединивших теоретиков и писателей, поэтов и живописцев, архитекторов и графиков, сводилась к требованию простого искусства, то есть искусства прежде всего целесообразного, оригинального и логичного по конструкции, а также ремесленно честного. Хотя независимо друг от друга и почти одновременно такое движение родилось в Англии, Франции, Германии и Шотландии, все же первое место принадлежит Мюнхену, где издатель Георг Гирт основал журнал «Ди Югенд», давший свое имя всему новому немецкому стилю. Сильная группа, однако, образовалась в Англии вокруг Джона Рёскина; здесь особо подчеркивался социальный момент; в требованиях первоклассного ремесленного исполнения исходили прежде всего из все еще теплившихся традиций средневековья. Своим собственным путем шли шотландские архитекторы во главе с Ч.-Р. Макинтошем. Значительным центром была Вена, где под руководством Г. Климта и И.-М. Ольбриха создается в 1897 году объединение «Сецессион». Здесь берет начало местный колорит той мебели, которая украшалась интарсиями и инкрустациями из перламутра и слоновой кости по мотивам восточноевропейского искусства. Во Франции, которая отходит на второй план, в «новом искусстве» отражаются воспоминания о рококо и готике.

 

 

 

 

Мебель восемнадцатого века 

Мебель Франции (регентство и рококо)

После смерти Людовика XIV настала жизнь, полная легкости и элегантности. Характер искусства тоже меняется. Средоточие жизни и искусства представляют теперь парижские салоны, а роскошь этой городской жизни в свою очередь находит отклик в сельских резиденциях знати и становится образцом для всей Европы. Многообразие помещений — в аппартаментах различались туалетные комнаты, рабочие комнаты, будуары, спальни и библиотеки, парадные залы и комнаты для прислуги — ведет к небывалому расширению шкалы мебельных образцов, причем во время правления герцога Орлеанского в интерьерах, проектируемых такими архитекторами-декораторами, как Ж.-А. Габриель, Ж.-Фр. Блондель, Р. де Котт и Г. Боф-ран, еще присутствует мебель угольчатых форм.

Последнее в корне меняется во второй половине XVIII века, когда главную роль играют легкие, элегантно-умеренные декорировки с волнообразными линиями, S-образными формами и волютами однако фаза крайнего рококо была во Франции короче, чем в других странах. То, что между мебельщиками, которые с непревзойденным ремесленным умением обратывали ценные породы дерева, и литейщиками бронзовых украшений, которые с искусством золотых дел мастеров цизеировали металл, существовало резкое разделение, приводит к высокоразвитой специализации. Благоприятствовали этому большая требовательность и хороший вкус заказчиков, не говоря о высоком повсеместном спросе. После 1743 года каждый, за исключением королевских чернодеревцев, был обязан ставить креймо на изготовленной им мебели, но несмотря на это, определить изготовителя часто нелегко, ибо чернодеревцы, которые были и торговцами, ставили клеймо на всех вещах, проходивших через их руки, система же поставщиков-подрядчиков (поставлявших дерево, рамы, выдвижные ящики, железные накладки и маркетри) давала еще один повод для стандартизации.

Оживленная общественная жизнь того времени требовала большого числа разнообразной мебели для сидения, сам же по себе волнистый профиль отнюдь не вредил удобству. Золоченая резьба из раковин и мотивов картушей, родина которой Италия, и симметричное расположение украшений сменяются более свободными композициями из завитков с цветами и лент, а около 1750 года возникает характерный рокайль, давший свое имя всему этому стилю. Обтягивают мебель для сидения сатином и парчой, бархатом и шелковой камкой из Лиона, Генуи и Пекина, гобеленами мануфактуры Обюссона или вышивкой petit-point по эскизам Шарля Эйзена. Стулья с тростниковой плетенкой бытуют тоже. Новым видом мебели для сидения является короткий обитый диван с замкнутой спинкой (bergere), равно как соответствующая современному креслу «ушану» bergere a joue. Возле стола-бюро стояло fauteuil de bureau, к столу для завивки волос относилось fauteuil de toilette. Шезлонг исполнялся в нескольких вариантах: не замкнутый в ногах назывался turquoise, а снабженный к тому же обитыми локотниками — veilleuse. У софы были S-образно изогнутые сплошные боковые стенки, у канапе — сквозные. Маркиза представляла собой короткую полусофу с изогнутыми, выделанными резцом боковыми стенками, которые у оттоманки были полукруглыми. Что касается столов, то они в свою очередь существовали во многих формах. Разрешение тектонической формы в орнаментальную, осуществляемое с помощью бронзовых украшений (женские головки — espagnolettes) в месте крепления ножек стола на царге, — в середине столетия было продолжено: в чистый орнамент переходит, например, рокайльная консоль, вытеснившая стол-консоль. В гостиной стоял выложенный шашечницей, складывающийся столик для игр, для разных же мелочей — круглый gueridon. В обстановку будуара входил туалетный стол (table de toilette, позднее poudreuse), а также разнообразные ночные столики (tables de nuit u tables de lit), равно как дамский стол-бюро (bonheur du jour). Стол-бюро в рабочей комнате хозяина являл собой образец тяжелой мебели (bureau) из палисандрового, фиалкового или другого дерева; иные предпочитали плоское bureau plat, сменившееся около 1750 года «цилиндрическим» бюро с крышкой жалюзи. В обеденном зале обычно находишь большой стол с гарнитуром небольших столов-сервантов. Шкаф с началом рококо исчез, удерживаясь только в мещанских домах и на селе. Еще бытуют, правда, полувысокие шкафы с двумя перед-ними дверками (meuble d'entre deux), шиффоньеры для белья и двухстворчатые книжные шкафы.

Что же касается сундуков, то в гостиных их не было видно, но зато проснулась симпатия к комоду с двумя к нему относящимися угловыми шкафчиками. Форма комода уже неоднократно менялась: фасад вначале был сделан волнистым в виде легкой двойной кривой, а бронзовые накладки на нем (их самые красивые эскизы исходили от Шарля Крессана, творца рокайльной мебели) распределялись симметрично; нижний край был вырезан в виде полукружия. Со временем, однако, контуры становятся все более сложными, интарсии же и бронзовые орнаменты более пышными и накладываются без оглядки на выдвижные ящики. Позднее оформительские мотивы смещаются к бокам, пока в 1740 году не обратились к более простым контурам и менее пышным бронзовым декорировкам. Почти каждый из крупных мастеров рокайльной мебели — Бернард ван Рисенбург, Фр. Эбен, Абрагам Рентген, Ж.-А. Ризенер, Ж.-Ф. Л еле, М. Карлен, Николя Пино, Ж.-П. Лац — отдал дань этому виду мебели, даже если обыкновенно он специализировался совсем по другим работам.

Экзотические тенденции рококо находят свое отражение в безмерной популярности лаковой мебели. В период «золотого века» рококо, в первой половине XVIII столетия, Франция настигает и превосходит Голландию как главного импортера и имитатора японского и китайского лака. Самые видные мастера популярной шинуазри в это время (пейзажи «с настроением» и группы) — братья Мартены. Кровать в середине столетия была изящной и грациозной. Образуется целый ряд капризно обыгранных ее форм, называемых по виду балдахина lit a l'allemande, a la chinoise, а Гап-glaise, a la francaise u a Titalienne.

Мебель Германии и Австрии (предрококо и рококо)

И в мебельном производстве художественная ориентация зависела от политической установки и географического положения. Для городов-резиденций — Дрездена, Берлина, Мюнхена и Вены — определяющим был французский двор. Франко-рейнская область отличалась от нидерландско-рейнской и от района Аахена-Люттиха. На севере предпочитали голландскую и английскую домашнюю утварь. Различие в производстве проистекало также из индивидуальности мастеров, равно как из того обстоятельства, что немецкий столяр часто руководствовался желаниями своего заказчика. Заимствование французских образцов осуществлялось лишь в определенных районах и в самом подражании не было вполне последовательно. Большая популярность ленточных мотивов на всех образцах мебели, и прежде всего на секретере, царившая до середины XVIII века, дала всему этому направлению, до двадцатых годов XVIII века, название бандельстиля или предрококо. У секретера теперь оригинальная, беспокойная и волнистая форма; его углы и ножки скошены и изогнуты, он снабжен выдвижными ящиками и ажурным наставным украшением, изготовляясь часто из черного дерева с цветной маркетри. Подобным же способом выделывался обще любимый небольшой и сподручный франкфуртский шкаф. Заимствованный из Франции комод с тремя-пятью выдвижными ящиками — на севере, например, сооружался без фанеры, на юге же его выделывали в виде довольно широкого ларя с ореховым набором, прямыми боками и менее притязательными железными накладками. В непревзойденной красоте и большом изобилии этот «французский» комод находишь только при правящих дворах (например, среди работ М. Камбли и М. Шиндлера для Потсдамского дворца), вообще же комод являлся бюргерским образцом мебели, снабжаясь, прежде всего в производственных центрах Аахена-Люттиха, тонкими резными украшениями из дубового и орехового дерева натуральной окраски (кроме комодов, отсюда происходят витрины, высокие и узкие посудные шкафы, платяные шкафы, а также угловые шкафы для хранения посуды и стоячих часов). Видоизменяется и заимствованный из Франции стол-бюро, здесь более узкий и низкий. В Северо-Западной Германии обнаруживается голландская горка, и голландское же влияние отчетливо заметно на примере дворцовой лаковой мебели (выдающиеся экземпляры дрезденского, берлинского и мангеймского происхождения). Мебель для сидения производят лакированную или обшитую фанерой, но в обычае все же образцы такой мебели из мореного плотного дуба или орехового дерева. Липа и бук обычно красились — в белый или желтый цвет, дворцовая мебель из них — золотилась.

И в Германии и в Австрии были центры, где занимались производством оригинальной роскошной мебели, ориентируясь при этом на достижения отдельных выдающихся мастеров. Работавший с 1725 года в Мюнхене архитектор Йозеф Эффнер находился под влиянием Крессана и Буля, но он в большей мере пользовался фигурными и растительными элементами. Контраст к симметрии его творений представляют работы его преемника Фр. Кювийе Старшего, в которых именно симметричные рокайли, головки ангелов и цветы соединяются в восхитительнейшие ансамбли рококо. В Потсдаме возникает необычайно пышное, бьющее ключом «фридерианское рококо». Там, например, творили И.-М. и И.-Кр. Гоппенхауты — необузданно и одновременно со строгой элегантностью, которая находит свое выражение в их ассиметричных рокайлях, соседствующих с натуралистически воспринятыми мотивами птиц и животных. К притягательным произведениям того времени также отностится расписная народная утварь, пестрота которой, красочная жизнерадостность и мотивы завитков рококо сохраняли свое значение вплоть до середины XIX века.

Мебель Франиим (стиль Людовика XVI)

Уже с середины XVIII века все больше и больше художников и ученых посещало Италию и Грецию. В своих трактатах и лекциях они знакомили публику с заново открытым искусством античности. После раскопок в Помпее и Геркулануме найденные там произведения становятся источником вдохновения, притом что общее стремление общества в этот момент было направлено на возврат к простоте и природе. В выделке мебели эти новые тенденции дают себя знать скорее, чем в других отраслях искусства. Одновременно возвращаются к античным элементам декорировки — жемчуж-нику, штабику ов, зубчатому фризу, триглифам, гермам, кариатидам, бараньим головам, воловьим и львиным маскам, ленточному переплетению, завиткам, гирляндам и розеткам. Все было некрупным, изящным и грациозным. Принадлежностью рококо также становится покрытие белым лаком, золочение и пристрастие к светлым тонам, пластические же украшения и бронзовые декорировки оттесняются на задний план; любима была деревянная мозаика нежных тонов. С восьмидесятых годов признаками изысканного вкуса стали считаться вставки из севрского фарфора, дальневосточный лак, миниатюры, живопись по задней стороне стекла, а также мебельные обивки с узорами из мелких полевых цветочков. Мебель для сидения была не только,красивой, но и удобной. С семидесятых годов у нее овальные или продолговато-круглые спинки, увенчанные выделанным резцом украшением. Излюбленны отставленные от царги ножки кресел, напоминающие каннелированные колонки. Основные типы продолжали существовать: стулья, кресла, диваны. Представлял новинку большой трехчастный диван — «конфидент». У бержера и софы теперь чаще всего прямые стенки. Столик-консоль стоял на одной каннелированной колонне, позже его делают на четырех ножках, соединенных проножками с лирой или урной в месте пересечения. Кровать больше не стояла в алькове, и ее открытый продольный бок трактовался как смотровой. Дальнейшими типами кровати являются lit a la grecque, a la dauphine и т. д. Домашняя же утварь городских слоев населения была консервативна. Бытуют впредь двухстворчатый шкаф (самые красивые — в Бретани и в Нормандии), полувысокий двухстворчатый посудный шкаф, дамский стол-бюро, рабочий столик (tricoteuse), обеденный стол (table de dejeuner) и подставка для цветов. Новую форму стола представляло так называемое бюро-цилиндр. Комод был гладким, прямоугольной формы и всегда стоял на конических ножках.

К числу самых красивых образчиков мебели принадлежат работы Ж.-А. Ризенера. Их декор состоит из маркетри, изображающей плоды, вазы и цветы, большого количества бронзовых украшений и аллегорических фигур. К концу столетия Ризенер обратился к тонкому геометрическому узору маркетри и прямым ножкам, причем с наибольшей тщательностью он работал над комодами и секретерами, выделывая их в прямоугольной форме с округленными углами. Большинство выдающихся чернодеревцев, работавших для французского двора, были немцы: среди поставщиков двора числились Адам Вейсвейлер, И.-Ф. Шверд-фегер и первыми среди первых Абрагам и Давид Рентгены, поставлявшие мебель всем европейским дворам. Специальностью Давида Рентгена были образцы мебели с секретными механизмами и декором маркетри по эскизам фрескового живописца Януариуса Цикка. В Париже, где Рентген прожил несколько лет, в промежутке 1775—1780 годов создаются самые красивые его работы, изготовленные большей частью из светлого дерева с бронзовыми декорировками. Мебель в английском вкусе ввел во Францию Ж. Жакоб. Он был искусным резчиком, делая диваны из красного дерева с красиво прорезанными веерообразными спинками; овальная медальонная рамка и консольные ножки — его изобретения. После 1789 года на передний план выдвинулся еще один немец, Ж.-Г. Бенеман, специальностью которого были массивные, членимые по горизонтали посудные шкафы с тяжелыми бронзовыми декорировками работы П.Ф-.То-мира.

 

Мебель в эпоху ренессанса

Хотя поздняя готика отвечала практическим и художественным требованиям общества, стоявшего тогда на весьма высоком культурном уровне, тем не менее в первой половине XV века в общем процессе мышления происходит решительная перемена. В изобразительном искусстве она рано находит свое отражение, в искусстве же изготовления мебели сказывается относительно медленно, и все, что тогда создавалось в этой области, в главном варьирует старые темы.

Мебель Италии

Это же относится к стране, которая в то время была родиной всех новых форм художественного выражения. Блочные формы поздней готики начинают между тем оживляться с помощью элементов нового архитектурного членения — полуциркульных аркад, колонн и полуколонн. Украшающие элементы к этим гармоническим начертаниям подбираются такие, которые были инспирированы античностью — штабикиов и нити жемчужинка, зубчатый фриз и розетки. Если раньше старались по возможности замаскировать конструкцию декоративными филенками, то теперь тектоническая форма и красота материала специально подчеркиваются. Знакомая по произведениям многих живописцев архитектоническая трактовка пространства уже в тосканском раннем ренессансе определяла построение домашней утвари, и, следовательно, ее утилитарная форма отныне трактуется под углом зрения определенных эстетических принципов.
Тому лучшее доказательство сундук, который занимал место парадной вещи. Старейший способ оформления сводился к пластической разбивке этого, тогда еще ящикоподобного образчика мебели на рамки и филенки (причем число филенок в Сиене было нечетным, а во Флоренции четным). Сперва ограничивались тем, что покрывали филенку простыми геометрическими полями, позднее украшением сундука стали служить и человеческие фигуры, которых расставляли в виде кариатид по углам, или разыгрывали с их помощью исторические и мифологические сцены в полях. Одним из старейших способов декорировки является позолоченная лепнина, которая дольше всего удерживалась в Лукке и Сиене, между тем как в Верхней Италии — в Кремоне и Милане — излюбенны были интарсии высокого совершенства и красоты: за простыми геометрическими узорами последовали здесь инспирированные творчеством Брунеллескн и Учелло пейзажи и архитектурные виды с демонстративным подчеркиванием перспективы, а позднее И арабески из виноградных лоз. С Востока приходит в начале ренессанса так называемая чертозианская мозаика, которая набиралась из пластинок черного дерева и слоновой кости.
Во второй половине XV века прямоугольная форма сундука получает всестороннюю проработку. Геометрические и орнаментальные поля заполняются растительным и фигурным декором, подножие оказывается сильно профилированным, пластическая декорировка переходит на углы. В завершение сундук становится ярко выраженным произведением искусства: его убранство — пластическое, инкрустационное или живописное — располагается главным образом на передней стороне; в период его расцвета (1470—1510) его украшением заняты в числе других Ботичеллй, филиппино Липни, Поллайоло и Пьетро ди Козимо. Венеция производила такую роскошь и великолепие вплоть до XVI века, в середине которого были изготовлены первые сундуки в форме саркофага. Именно в Риме, иод впечатлением античных образцов, изготавливаются их удивительно красивые экземпляры на львиных лапах, украшенные мифологическими и праздничными мотивами. Маски, гербы, путти и картуши часто служат здесь ритмизирующими элементами. Родственной сундуку формой была «касса-панка», то есть скамья-сундук с продолженными на равную высоту задней и боковыми стенками. Путем повышения образующей спинку задней стенки из кассы-панки развивается другой важный образчик мебели, а именно трон. В новом убранстве жилого помещения все большее значение приобретал шкаф. Кроме как в сакристиях и ратушах, он появляется теперь — в новой функции — в обывательских домах. Для хранения посуды и столового прибора изготовлялась «креденца» — больших или меньших размеров шкаф с двумя дверками и с выдвижными ящиками под откидной доской. Поля его акцентировались пластическими розетками, фиренчатыми обрамлениями и пилястрами, колоннами и гермами. В переднях и боковушках стояли менее декоративные — двухъярусные — шкафы. Совсем особое назначение исполнял шкаф-кабинет — с откидной или выдвижной плоскостью для письма и с различными выдвижными ящиками для хранения письменных принадлежностей. Выделывался еще шкаф с выдвижными ящиками — двумя наверху и тремя внизу, а также книжный шкаф — с решетчатой филенкой или в виде простого книжного стеллажа .
Тот же роскошный образ жизни находит выражение в форме кровати, ставшей частью архитектуры стены. Она снабжалась повышенным изготовьем и стояла на сундукообразном постаменте на приступках. Около 1500 года постамент исчезает, и в период высокого ренессанса рождается великолепное произведение с каннелированными и профилированными колоннами, несущими балдахин из брусьев. В барокко место колонн заняли фигурные кариатиды.
В стремлении возродить античные ценности итальянский ренессанс придерживался образца уцелевших каменных столов. Так, сооружается стол на двух-трех опорах, украшенных фантастической комбинацией из пластически выделанных волют с акантом, грифонов и кариатид. В середине XVI века место перекладины между опорами занимают ряды колонн или балюстрада на постаменте; в царге столешницы помещаются выдвижные ящики. Кроме того, изготовлялись восьмиугольные или круглые столы на четырех, шести или восьми колоннах, а также столы-креденцы (в сущности небольшие шкафчики) с дверками и выдвижными ящиками в царге. В Тоскане изобретают письменный стол, преобразованный только во время классицизма в XVIII веке.
На примере стульев, кресел и табуретов тоже можно заметить, что люди того времени были очень требовательны и придавали большое значение удобству и элегантности. Ассортимент мебели для сидения расширяется, охватывая теперь и провинциальные варианты. К стульям на соединенных перекладинами балясовидных ножках добавляется ломбардский стул с горизонтальными — резными или ажурными — планками, а также круглое кресло во вкусе Андреа дель Сарто. Довольно редок табурет без спинки — чаще он снабжен многоугольным сиденьем и продолговато-круглой или выделанной резцом спинкой на двух раскосых резных опорах; сохраняли спинку и заимствованные у античности складные кресла. Обтягивались гарнитуры мебели для сидения материей или кожей, причем крепились эти декорировочные материалы с помощью кованых гвоздей из желтой меди и снабжались бахромой. В XVI веке, особенно в Голландии и во Франции, обтягивались почти все деревянные части мебели для сидения. Для восполнения жилищного убранства в эпоху Ренессанса служили часто бюсты на подставках, книжные полки, вешалки, зеркала в рамах.

Мебель Франции


Франция раньше других стран вошла в соприкосновение с итальянским ренессансом. Он был ей близок своей гуманистической установкой, включая почитание античного наследия, а также благодаря существовавшим между обеими странами политическим связям. Французы уже начиная с XV столетия имели возможность изучать итальянский ренессанс и античное искусство как непосредственно в Италии, так и косвенно, по работам итальянских художников при дворах французских герцогов. Однако, несмотря на давление со стороны ренессанса, готическое искусство удерживалось в качестве национального искусства Франции.
Так и период стиля Франциска I — раннего французского ренессанса — отличается тем, что ренессансными пилястрами, коринфскими капителями, балясовидными опорами, фризами и карнизами в большом количестве снабжались позднеготические типы мебели, и без того украшенные позднеготическими элементами, — компилятивный, но очень живописный стиль, оригинальный как в выборе мотивов, так и в их сочетании. Сундуки, креденцы, буфеты и сиденья-лари сохранили свою готическую устремленность ввысь, но декор был новым. Он состоял из филенок с арабесками и с профилированными головами в медальонах, — он был по-французски бойким и декоративным. Сундук еще долго оставался сколоченным из фугованных досок ящиком на цоколе, его переднюю стенку украшали прямоугольные, заполненные ромбами поля. «Дрессуар» служил для хранения сосудов, столового прибора и ценных вещей — помещались они в ларцеобразной надставке над его средней частью с выдвижными ящиками, — или же для того, чтобы было куда ставить столовую утварь; его верх покоился, поддерживаемый готическими колонками, на нижней плоскости, на которой размещались холодильные сосуды, углы же дрессуара были пока еще скошены. Только некоторое время спустя он приобрел прямоугольную форму, был расчленен пилястрами и поставлен на ножки-стойки. Стулья удерживали при себе готическое сиденье-ларь и отличались повышенными локотниками и новыми архитектоническими деталями. Самая тонкая мебель изготовлялась в то время в Турени, Оверни и в Нормандии, а также в Лионе и Люттихе. Высокий ренессанс, начавшись примерно с 1530 года, стал эпохой французского маньеризма и придворного искусства, богатство которой заключалось в великолепных, составленных в прелестной гармонии декоративных ансамблях. Гений места подчиняет себе итальянских наставников, выдвинув новую плеяду оригинальных французских художников. Если на восприимчивом Юге, во Франш-Конте, в Бургундии, на западе Швейцарии и в Северной Италии домашняя утварь насыщалась пышными пластическими мотивами — фантастическими гермами, кариатидами и гибридными формами, то на севере Иль-де-Франса и в Нормандии, напротив, внимание обращалось на логическое членение и целесообразность конструкции, на гармоническое отношение нейтральной рамки к элегантной, сдержанной и все же декоративной филенке. Прямоугольная форма сундука сочеталась здесь с рационально вписанными кариатидами. Культивировалась форма излюбленного шкафа на тонких подножках; он приобрел обновленную верхнюю часть с рельефами античных богов, Времен Года и Стихий — все в великолепном исполнении, — в то время как на юге удерживалась форма массивного шкафа, состоящего из двух равновеликих частей (meuble a deux corps). В промежутках между угловыми и средними фигурами эти шкафы чрезвычайно богато отделаны чешуйчатыми рельефами, ленточными плетениями, выкружками и зубчиками. Выделывались исключительно красивые шкафы-креденцы и сооружались двухосные, идущие вверх ступенями, или трехосные шкафы-кабинеты, оборудованные центральной отгородкой и боковыми половинами или двумя створками и разгородками внутри (cabinet d' Allemagne). Одним из самых любимых предметов внутреннего убранства был дрессуар, причем в особо ценной, богатой пластическими украшениями форме он изготовлялся в Бургундии.
Уже в XVI веке Франция задавала тон в строительстве дворцов для высшего дворянства, отвечавших утонченному образу жизни. Одновременно она стала диктовать в оформлении аристократических интерьеров и в изготовлении мебели для сидения. Особенно репрезентативное действие оказывало кресло с высокой спинкой. Его боковые стенки дают место изогнутым локотникам, поддержанным балясинами и консолями. Видоизменяется его прямоугольная форма, став более свободной и рассредоточенной. Спинку делают ажурной, только рама ее остается компактной, а от ящикообразного сиденья под конец остается одна выделанная резцом царга. Она покоится на львиных лапах, соединенных проножками. К концу XVI века, конструируя мебель для сиденья, снова, как некогда в античности, соображаются с формой человеческого тела. Спинка выходит слегка откинутой назад, локотники же украшаются волютами или бараньими головами, выгибаются, небольшие точеные колонки, на которых они покоются, становятся все тоньше. В конце этой эпохи колонки преобладают веретенообразные, в то же время с нидерландским вариантом (высокая спинка) чередуется итальянский (низкая спинка), пока в конце концов Людовик XIV высокую спинку, так сказать, не предписал. Что же касается стульев, которые внутри своей формы проделывают схожий путь развития с креслами и являются созданиями чисто французскими, то они только в редких случаях дошли до нас. В XVI веке свое прочное место в интерьере находит выстроенный по итальянскому образцу балдахин — с балясовидными колоннами или кариатидами. Во Франции обращались к итальянской форме стола: два пластически выделанных боковых щита в виде грифонов или герм и на них столешница, причем сами эти щиты помещаются на пластически декорированном приступке. Особенно охотно пользовались столами на колоннах, соединенных перекладиной в виде двойного «Т»; в центре помещения стояли столы с галереей из шести, восьми или девяти колонн, для повседневного же употребления служили столы более легкие. При этом разница в стилях Людовика XIII и Людовика XIV столь незначительна, что часто с трудом можно определить точное время происхождения и стиль той или иной мебельной вещи. Германия. Формы итальянского ренессанса стали здесь осваиваться только после 1500 года, то есть спустя сто лет после их возникновения, не в последнюю очередь под влиянием работ Дюрера и Гольбейна, тогда как во второй четверти XVI столетия орнаментальные образцы рисуют уже и так называемые «малые» мастера. Сказывается, однако, новый стиль только на декорировке поверхности, не вызвав перемены в области форм и их приспособления к определенным целям, не говоря о том, что более или менее радикальное принятие итальянских образцов касается только изготовления мебели для дворянства, в то время как бюргерская домашняя утварь свои готические элементы удерживала при себе вплоть до позднего барокко. Немецкий ренессансный орнамент сохраняет свою оригинальность; мебель здесь, в противоположность Франции, где в XVI веке наступает централизация производства, различается местными особенностями.

Мебель северной Германии


 Здесь новый стиль находит себе самый большой отклик, причем его принятию способствовали прежде всего орнаментальные образцы гравера Генриха Альдегревера; однако и в Северной Германии эта эпоха была чисто орнаментальной и не продолжительной. Главные типы шкафной мебели представлены шкафом на «шипах», похожим на французский дрессуар, и особым большим шкафом, передняя поверхность которого еще разбита на готический манер и снабжена заделанными, пластически свободными головами в профиль на фоне симметричного гротескового орнамента. Ту же шкалу декорировки снова находишь на рейнвестфальских сундуках, которые еще долго были выдержаны в готическом стиле, украшаясь часто фальтверком. На севере для изготовления шкафной мебели применялся главным образом дуб, на прочей же территории предпочитали по традиции сосну и лиственницу, а также ясень, который вплоть до позднего XVII века был в большой моде. Для всей Северной Германии характерны высокопластичные декорировки, причем тектонические части тоже были покрыты детально выполненными аллегориями, часто даже религиозными сценами и кариатидами — на пилястровых рамах, картушами по типу рольверка и фестонами с плодами — на расчлененном карнизе. В Шлезвиг-Гольштейне такие дробные шкафы держались с XVII века до позднего барокко. Образцом мебели, типичным для Северной Германии, является, кроме того, высокий и узкий угловой шкаф.
В северонемецких сундуках XVI и XVII веков различается ряд предельно ясных вариантов. Самые консервативные — люнебургский сундук, сколоченный из фугованных досок и поднятый на высокие опоры, и бременский сундук, замкнутый в прямоугольную форму. От них отличается голштинский сундук на ларцеобразном постаменте, декорированный тем же способом, что и шкафы в этой местности. Голландия. Сильное влияние на работу в Германии оказывало столярное ремесло этой соседней страны, особенно на работу в центрах резьбы по дереву — Любеке и Мекленбурге. В то время как южные, католические провинции Голландии усваивали французские тенденции, на севере шли своим собственным путем. Пристрастие к богатым резным украшениям побеждает во второй четверти XVII века, а до и после этого периода употребительны были инкрустации из разноцветных пород дерева, особенно из черного дерева, и притом инкрустации на резных пилястрах, на их листелях и в их продольных выемках. Дошедшие до нас в единичных случаях голландские сундуки обнаруживают те же мотивы. К концу XVI и в XVII веке во многих домах стоял надстроенный шкаф с несколько отступающим назад верхом и нависающим карнизом. Вне Голландии он приобрел особую популярность на Рейне в Кёльне, и там же создаются самые красивые его экземпляры, богато украшенные резными дубовыми деталями или интарсиями на любимые мотивы ваз, завитков с цветами, птиц, арабесок и картушей по типу рольверка.

Мебель южной Германии


И здесь очень любимы были великолепные интарсии. Через Аугсбург проникают в Южную Германию орнаментальные, а в высоком ренессансе и архитектонические итальянские формы. В Аугсбурге обнаруживается в XVII веке особое мастерство в наборе из отечественных пород дерева (тополь, клен, береза, вишня) и его экзотических видов (черное и фиалковое дерево), причем проекты оформляли Гольбейн, Бургкмайр и другие живописцы. В едином потоке архитектонических и орнаментальных деталей скрадываются крупные линии шкафов, по существу еще двухэтажных, членимых подчеркнуто горизонтально на цоколь, среднюю часть и карниз; украшениями служили завитки, симметричные гротесковые мотивы, триглифы, фриз из метоп, зубчатый фриз и штабики ов. Значительное влияние на происходящее в художественном мире оказывал архитектор и скульптор Петер Флётнер со своими орнаментальными образцами. В Нюрнберге, где он жил в первой половине XVI века, возникает особая форма трактованного строго архитектонически сундука. Вариант другого образца мебели — ульмский шкаф, расчлененный пилястрами и покрытый мотивами ниш, хотя надо сказать, что весь этот четко сорганизованный убор на немецких «фасадных» шкафах всего лишь наклеен. Декорациями, кроме того, служат по-прежнему кёльнская интарсия, набираемая с большим эффектом, и фанеровки из любимого венгерского клена. Наряду с фасадами, выравненными по плоскости, появляются около 1600 года более динамичные формы — с выступающим вперед цоколем и карнизным увенчанием. Их акцентированная вертикаль создает предпосылки для возникновения тех больших двухстворчатых шкафов, которые станут характерным образчиком немецкой мебели позднего ренессанса и барокко в XVII и XVIII веке.
Пристрастие к архитектоническому декору и интарсиям переносится на южнонемецкий ларь для умывания, а также на большие и широкие шкафы-буфеты и объемистые сундуки, которые были характерны для Швейцарии. Южнонемецкий сундук всегда снабжен постаментом с выдвижными ящиками; крышка расчленена и украшена интарсиями. Передняя стенка тирольских сундуков, как правило, расчленена на две части, но членение тремя, четырьмя и пятью колонками, полуколонками или пилястрами также не является редкостью. Образованные таким способом поля либо украшались интарсиями, либо в них полностью выявлялась текстура дерева, причем все более частое применение на юге находил орех. С течением времени, однако, сундук становится исключительно крестьянской мебелью. В противоположность шкафам, мебель для сидения и столы только в редких случаях дошли до нас. У них знакомые по немецкой готике и итальянскому ренессансу широкие формы. Простейший тип, так называемый крестьянский стул с четырехугольным сиденьем, косо поставленными ножками и украшенной богатой резьбой спинкой, пришел из Италии и продержался в Южной Германии и альпийских странах вплоть до позднего XVIII века. В большом ходу стулья с ножками квадратного сечения, причем продолжение задних ножек служит стойками для спинки, а между передними ножками вставляются, из конструктивных соображенний, богато убранные резьбой планки. Складной стул и впредь остается в употреблении, особенно в Швейцарии, равно как и «ножничное» кресло с кожаным сиденьем и спинкой. С помощью старой токарной техники создается около 1600 года новый тип голландского кресла, ножки которого представляют собой тонко профилированные балясины или появившиеся с ходе XVII века точеные колонки.
Очевидна связь с готикой на примере южнонемецкого стола-ларца, пришедшего из Франции и продержавшегося до позднего барокко. Изготовлялся он без пластически выделанных резцом опор. Более аристократическим считался многоугольный или круглый стол на одной средней опоре, имеющей форму замкнутого ларя, или стол на ажурной опоре, сменившейся во второй половине XVI века балясо-видными колонками. В Северной Германии одновременно с голландским столом обнаруживается родственный ему тип с удлиненной столешницей на вазообразных, соединенных перекладинами ножках.
Кровати стояли в помещении свободно, но при них сохранялась форма открытого балдахина на колоннах, с занавесками или короткими ламбрекенами.
Для изделий позднего ренессанса характерным является их крайне добротная выделка, применение дорогостоящих материалов (готовые мебельные вещи стоили все дороже), а также насыщение поверхностей сложными деталями, окрашивание, травление и комбинирование отечественных и экзотических пород дерева.

 

 

Мебель в эпоху барокко

При рассмотрении этой мебели очень трудно прежде всего установить точный момент, когда на смену ренессанса приходит барокко, и по той простой причине, что оба эти периода незаметно переходят друг в друга, так что основные признаки барокко полностью обнаруживаются только в пору его высшего расцвета, то есть начиная со второй половины XVII века. Его смысл состоит в отрицании рационального строя ренессанса внутри живописной, разъятой светотенью формы, равно как в его постоянном динамизме. Конструируя мебельные образцы, переходят затем от детализированных частностей в декоре и форме к крупным линиям: на полированном дереве отражается свет, инкрустируют дерево металлом, черепахой, слоновой костью, драгоценными и полудрагоценными камнями; благодаря выступающим и профилированным цоколям, карнизам и фронтонам возникает волнистый силуэт; опоры выточены в форме волют, в качестве украшений используют придуманный живописцами орнамент ормушль и завитки широколиственного аканта. Франция. В пору, когда вся Европа, за исключением некоторых областей Голландии и Англии, восхищалась динамизмом и расточительными формами нового итальянского искусства,

Мебель Франции

Франция держалась принципа классической сдержанности. Усилением центральной власти короля одновременно вызывается концентрация при дворе всех художественных стремлений и начинаний, и в этот период производства дворцовой мебели Франция обретает свою независимую от других форму выражения.

В королевских мастерских ремесленники сосредоточиваются вместе с художниками (в 1677 году пущена «Мануфактура королевской меблировки»). Столярное ремесло переходит в разряд свободных искусств. Конструируя и декорируя мебель, принимают в расчет культуру помещения в целом. О том, как расположить мебель в покоях, выносит решение не только так называемый черно деревец, вышедший из искусных столяров и одновременно резчик по дереву, но и архитектор-орнаменталист. Если уже в ренессансе переходят от легко движимой к более стабильной домашней утвари, то в следующий период мебельные вещи тем более нельзя было переместить, не нарушив гармонии помещения. Между дворцовой, необыкновенно роскошной и репрезентативной мебелью, с одной стороны, и мебелью городских слоев населения, с другой, с новым общественным устройством проводится резкая грань. Весь этот новый характер мебели одновременно потребовал других материалов. Вместо ореха стали обрабатывать экзотические древесные породы, и прежде всего черное дерево, которое уже в пору Людовика XIII снабжалось пестрыми узорами инкрустаций (например, гарнитур в замке Монтаржи). Но мастер при дворе Людовика XIV Андре-Шарль Буль превзошел все до сих пор созданное. Вначале и он пользовался для своих интарсии декоративно-натуралистическими голландскими образцами (вазы с тюльпанами, жасмином и розами), но спустя некоторое время заменяет их, под влиянием эскизов Маро и Берена, легким, соединенным с акантами ленточным орнаментом. Его же собственные проекты сводились к позитивным и негативным инкрустациям из довольно крупных пластинок черепахи, олова и желтой меди (черепаха на светлом олове и наоборот), чем он создал великолепную и удачную замену для уже выхо-ходящей из моды маркетри, популярной в шестидесятые и семидесятые годы XVII века (в этом случае кусочки цветного дерева набирались по определенному образцу в виде фанеры, которую затем клеили на декорирующую поверхность). Важнейший образец недвижной мебели являла собой кровать, вокруг которой разыгрывалась утренняя церемония «вставания». Она сохраняла свою замкнутую прямоугольную форму с четырьмя колоннами и разноцветными внутренними и внешними занавесками. К опочивальне примыкал ряд гостиных салонов, где велась интенсивная общественная жизнь. В этих помещениях из образцов мебели самым важным был великолепный кабинет. Он имел внутри выдвижные ящики и стоял на цоколе, который в булевском типе еще существовал отдельно от других частей, но в ходе развития наглухо соединился с кабинетом. Сундук еще раньше был отослан в деревню (только для хранения драгоценностей оставался еще маленький специальный сундучок), а его место заступает комод. Во Франции он осваивается около 1700 года, и сперва в виде сундука с выдвижными ящиками, достающего почти до пола. Видоизменил его и поставил на короткие ножки — Буль. Употреблялся, кроме того, комод-стол — образец мебели на высоких ножках, с инкрустацией из металла и черепахи. Его ножки на верхнем конце только красились бронзовыми маскаронами, в то время как металлическими накладками на выдвижных ящиках одновременно закреплялись фанерки и инкрустации. Теми же высокими запросами того времени был вызван ряд новых вариаций стола. Балясовидные ножки казались теперь слишком неуклюжими, и их место заняли ножки с волютами. Металлическими инкрустациями стол украшался в свою очередь, как и денежное бюро (bureau plat), в нижней царге которого помещались выдвижные ящики. В разного назначения комнатах стояли туалетные и ночные столики, тяжелый стол с мраморной столешницей, приобщенный к архитектуре стол-консоль, а также небольшие столики для подсвечников и других мелочей. Стулья и кресла существовали в самом разном исполнении. Очень употребительным становится именно кресло с точеными, в более поздней фазе с балясовидными ножками, обильно орнаментированными и соединенными вместе при помощи либо Н-образной перекладины, либо крестовины с пластической декорировкой. С появлением волютообразных ножек перекладины исчезают. Изогнутые локотники делают обитыми, спинка же становится более широкой, она обита, сверху загнута или завершена в виде полукружия. Под английским влиянием возникает широкое fau-teuil de commodite, из которого затем образуется канапе, и снова притом под влиянием английского day-bed (lit de repos) — скамьи с раскосыми локотниками, стоящей на восьми или больше коротких ножках с перекладинами. Эта мебель для сидения входила в гостиный гарнитур, состоящий из кресел, стульев, табуретов и диванов. Шкаф скорее можно было встретить в мещанских жилищах. Новым же образчиком роскошной мебели стал шкаф для книг.

Мебель Германии и Австрии

В Германии тенденции барокко осуществлялись последовательно и с большой оригинальностью, чему выражением служит, с одной стороны, общая динамичная конструкция мебели, а с другой прежде всего — взволнованный и пышный характер резных работ и интарсии.

В орнаментике начиная с шестидесятых годов преобладали веретенообразные небольшие колонки и массивный акантовый лист, сменяемый украшением ормушль. В начале XVIII века орнаменты интарсии больше не являют прямоугольных узоров, ромбов и завитков, изображая фигуры. На выделку мебели большей частью шел полированный орех, причем благодаря ореховым инктустациям, в которых проявлялась текстура дерева, достигали исключительно красивых эффектов. В соответствии с политической раздробленностью страны выделка немецкой мебели была очень сильно дифференцирована. Наряду с базирующимся на старых ренессансных традициях способом оформления обнаруживается в замках, дворцах и резиденциях аристократический элегантный стиль, следующий иноземным образцам. В Северной Германии до времени Фридриха I жили голландским импортом, а потом исходят из римского позднего барокко. После смерти Фридриха I главные отрасли художественного производства сосредотачиваются в Дрездене, который при Августе Сильном стал одним из главных центров искусства. Баварский правящий двор находился под французским влиянием, заказывая, к примеру, довольно легкие столы во вкусе Буля и тяжелые столы-консоли с французскими балясовидными ножками. В инкрустациях тоже задавали тон Буль и Маро. С большой помпой оборудованы аугсбургские кабинеты из черного дерева, декорированные инкрустациями из дерева, слоновой кости, разноцветных камней и pietra dura. Все более усиливающиеся барочные тенденции находят себе выход прежде всего в оформлении шкафов. Основной тип шкафа на шарообразных ножках подвергается коренному изменению. Сперва шкафы делались с четырьмя дверками, позднее же двустворчатыми — с выпуклыми к середине передними поверхностями, тяжелым карнизом и точеными колонками или пилястрами. Культурно единой территорией с местными вариантами оставалась Северо-Восточная Германия — от Гданьска до Гамбурга и Голландия; однако ведущую позицию занимал Гамбург, который уже в промежутке 1660—80 годов производил шкафы с четырьмя дверками, исходившие из голландских шкафов эпохи Ренессанса. Между 1680—1720 годами там обнаруживается мощный двустворчатый «схап» с прямым карнизом, фасад которого состоит из пилястр во всю высоту шкафа и крупных декорированных поверхностей.

Любекский тип принципиально отличается от него выгнутым фронтоном. Гданьский шкаф со своим ажурным фронтоном действует спокойнее; на его квадратных филенках явлены мифологические сцены. К вестфальским и голштинским шкафам в барокко приделывалось множество фигурных резных украшений. В Голландии возникает «кюссенкаст», вроде «схапа», влияние голландских же цветочно-натуралистических интарсии из цветного дерева и слоновой кости продолжало сказываться на протяжении всего XVIII века. Кроме всех этих парадных вещей, изготовлялись простые шкафы, без резных украшений, и расписные шкафы ясеневого дерева. На юге ульмский шкаф представляет собой динамическое переложение старого ренессансного шкафа. Аугсбургские шкафы небольшие и порой перегружены декорировками. К числу самых красивых, а с конца XVII века и самых любимых типов принадлежал франкфуртский волнообразный шкаф с выгнутой передней поверхностью и с лоснящимся на ней ореховым набором.

С течением времени резные детали исчезают; крупная единая поверхность фасада приобретает силу монументального воздействия. Как и в Аугсбурге, к числу важнейших образцов мебели относился кабинет: в Гданьске то был уменьшенный «схап» в один или два яруса; переднюю поверхность гамбургского кабинета заполняют завитки аканта. Достоин упоминания хебский кабинет с фигурными рельефными композициями из цветного дерева. Принадлежность бюргерской обстановки составляло шкаф-бюро или комод-бюро — с выдвижными ящиками и откидной доской, вроде кабинета.

В повседневности пользовались креслом с сиденьем из кожаной плетенки, с балясовидными, волютообразными или точеными (теми же, что у столов) ножками, с массивными локотниками и высокой спинкой, с декором из резных лент и акантов.

Крупные поверхности балдахинов вместе с относящимися сюда же точеными колоннами и взволнованными резными фигурами предоставляли достаточно места для интарсии и резных украшений. К кроватям без балдахинов постепенно обращаются тоже. Мастер по изготовлению шкафов,

 

 

Яндекс.Метрика